«Можешь называть меня повесою,
но я люблю тебя с твоими бесами».
Пляшет постоянно тень твоя,
Даже если вовсе ты замрёшь,
Движешься ты прямо, как ладья,
От тебя порой бросает в дрожь.
У тебя в глазах лесной пожар,
У тебя во взгляде тишина,
Смотришь – а меня бросает в жар,
На весь мир такая ты одна.
Пахнешь ветром, ливнем и землёй,
И немного дыма в волосах,
То горишь, становишься углём,
То порхаешь птицей в небесах.
Ты смеёшься сотней голосов,
Ты рыдаешь тихо в уголке,
Ты хозяйка гончих адских псов,
Но сжимаешь крест святой в руке.
Ты любая, только не как все,
Ты уходишь в огненный закат,
Ты как зверь на взлётной полосе –
Мир тебе как будто бы не рад.
Ты же ведь совсем ещё дитя,
Ты стара, почти как божества,
Говоришь о страшном не шутя,
Ты как будто вся из колдовства.
Ты летишь весенним ветерком,
Ты – неукротимый ураган,
То сияешь крошкой-светлячком,
То вдруг брызжешь светом, как фонтан.
У тебя ладони словно лёд,
В облаках как будто голова.
Ты сказала: разум не поймёт,
И отчасти ты была права.
В образе твоём весенний сад,
А порою – виселицы скрип.
Ты как будто рай и будто ад,
Я к богам взывать уже охрип.
Я понять тебя просил у них,
Разгадать загадку, что в тебе,
А когда узнал – почти утих,
Лишь проклятья слать могу судьбе.
Я отринул всё, что только мог,
Всё переписал внутри себя,
В жизни взял другой и ритм, и слог,
Измениться я сумел, любя.
Пусть спокоен будет легион:
Я его не трону, не спугну –
Слишком сильно я в тебя влюблён,
С бесами со всеми, как в одну.
но я люблю тебя с твоими бесами».
Пляшет постоянно тень твоя,
Даже если вовсе ты замрёшь,
Движешься ты прямо, как ладья,
От тебя порой бросает в дрожь.
У тебя в глазах лесной пожар,
У тебя во взгляде тишина,
Смотришь – а меня бросает в жар,
На весь мир такая ты одна.
Пахнешь ветром, ливнем и землёй,
И немного дыма в волосах,
То горишь, становишься углём,
То порхаешь птицей в небесах.
Ты смеёшься сотней голосов,
Ты рыдаешь тихо в уголке,
Ты хозяйка гончих адских псов,
Но сжимаешь крест святой в руке.
Ты любая, только не как все,
Ты уходишь в огненный закат,
Ты как зверь на взлётной полосе –
Мир тебе как будто бы не рад.
Ты же ведь совсем ещё дитя,
Ты стара, почти как божества,
Говоришь о страшном не шутя,
Ты как будто вся из колдовства.
Ты летишь весенним ветерком,
Ты – неукротимый ураган,
То сияешь крошкой-светлячком,
То вдруг брызжешь светом, как фонтан.
У тебя ладони словно лёд,
В облаках как будто голова.
Ты сказала: разум не поймёт,
И отчасти ты была права.
В образе твоём весенний сад,
А порою – виселицы скрип.
Ты как будто рай и будто ад,
Я к богам взывать уже охрип.
Я понять тебя просил у них,
Разгадать загадку, что в тебе,
А когда узнал – почти утих,
Лишь проклятья слать могу судьбе.
Я отринул всё, что только мог,
Всё переписал внутри себя,
В жизни взял другой и ритм, и слог,
Измениться я сумел, любя.
Пусть спокоен будет легион:
Я его не трону, не спугну –
Слишком сильно я в тебя влюблён,
С бесами со всеми, как в одну.
Пы.Сы.: Daimos K., спасибо тебе за бетинг , и прости меня за мои тире в конце строчек, которые ты так не любишь.